Пушкин в плаще и маске: Владимир Дубровский возвращается на экраны верхом на коне и с испанским акцентом
А вы задумывались когда-нибудь, что было бы, если бы Александр Сергеевич Пушкин в перерывах между дуэлями и балами вдохновлялся латиноамериканскими страстями?
Уже 30 сентября стриминги PREMIER и ТВ-3 (а чуть позже и неунывающий ТНТ) готовят нам изысканное кинематографическое блюдо под названием «Дубровский. Русский Зорро». Да-да, вольное продолжение бессмертной классики превращает нашего меланхоличного мстителя в загадочного Дона Диего де ла Вега. «Ай да Пушкин, ай да сукин сын!» — наверняка воскликнул бы классик, увидев такой лихой поворот сюжета.
Березки, шпаги и чудеса конспирации
По сюжету, Владимир Дубровский возвращается в родные пенаты не просто с новым заграничным паспортом, но и с совершенно новым лицом (в исполнении харизматичного Гааса). Видимо, пластическая хирургия XIX века творила чудеса, доступные лишь избранным! В родной Кистеневке, как водится, царит привычный колорит: помещики лютуют, а по лесам бегают разбойники-самозванцы, нагло использующие раскрученный бренд «Дубровский».
Дела сердечные и старые счеты
Конечно же, наш благородный герой не может пройти мимо своей бывшей зазнобы Маши (блистательная Марина Ворожищева). А где Маша, там и старый «добрый» Кирила Петрович Троекуров, которого играет монументальный Александр Семчев. Согласитесь, лучшего антагониста для русского Зорро и не придумаешь! (Тут автор мысленно снимает шляпу перед кастинг-директором).
В этом празднике справедливости, хруста французской булки и звона шпаг также участвуют Лукерья Ильяшенко, Евгений Шварц, Антон Богданов и многие другие прекрасные артисты. Дирижирует этим оркестром страстей режиссер Кирилл Кузин.
В конце концов, наша жизнь — это не только написанный классиками сценарий, но и наша личная способность переписывать его набело, добавляя яркие краски, добрые улыбки и веру в то, что даже в самом дремучем лесу всегда найдется свой благородный герой. Главное — не забыть надеть маску обаяния, прихватить с собой толику самоиронии и верить, что добро всегда побеждает, даже если оно слегка задерживается в пути.
