I’ll be Bach: железный маэстро из Китая готов сыграть Мурку и Шопена по первому требованию
А вы задумывались, сколько степеней свободы нужно человеку, чтобы виртуозно сбацать Собачий вальс? У нас в кисти 27 костей, а вот у нового китайского робота-пианиста — ровно 21 степень свободы на каждую блестящую металлическую ладошку. И, поверьте, этого вполне достаточно, чтобы заставить краснеть выпускников консерватории.
Восстание машин начинается с филармонии
На знаменитой берлинской выставке IFA 2026 компания с весьма кинематографичным названием TermiTech выкатила на суд публики своего нового подопечного — робота TermiPianist. Двумя руками этот механический Рихтер выдает такие пассажи на электронном пианино, что невольно ждешь, когда он повернется и скажет: «Мне нужна твоя одежда, ботинки и ноты Бетховена».
Разработчики клянутся материнскими платами, что их железный Моцарт способен воспроизвести более 80% популярной музыки. Достаточно лишь попросить, и этот парень без лишних уговоров и райдеров с минералкой исполнит композицию прямо на месте. Самое вкусное в том, что это не банальная шарманка с заученными движениями. Робот творит здесь и сейчас!
Искусственный интеллект с абсолютным слухом
Как говаривал классик: «Музыка глушит печаль». А в нашем случае она еще и демонстрирует чудеса инженерии. «ИИ-мозг» TermiPianist анализирует каждое заказанное произведение и сопоставляет его со своими физическими возможностями. Он сам решает, как растопырить механические пальцы, с какой скоростью порхать над клавишами и в какой последовательности выдавать аккорды. Настоящий творческий процесс в кремниевых мозгах!
В конце концов, наблюдать за тем, как бездушная машина старательно выводит лирические мелодии, — это отдельный вид эстетического удовольствия. Возможно, скоро в ресторанах вместо уставших лабухов нас будут встречать такие вот улыбчивые терминаторы. И это прекрасно! Ведь искусство вечно, а если его проводником становится высокотехнологичный робот, значит, будущее уже наступило, и оно звучит чертовски гармонично. Главное, чтобы он не начал писать собственные песни про тяжелую долю микросхем, а в остальном — пусть играет, ведь хорошей музыки много не бывает!
