А знаете ли вы, что общего между легендарным петербургским бардом и суровым фрезеровщиком Иваном Ивановым? На первый взгляд — ничего, но именно эту неожиданную, но чертовски точную параллель провел Александр Розенбаум, рассуждая о современных трендах отечественного шоу-бизнеса.
Байопик подождет, или Скромность как главное оружие артиста
В наше время, когда каждый второй обладатель микрофона спит и видит себя героем голливудского блокбастера, Народный артист России выступает эдаким мудрым джедаем от музыки. В своем недавнем интервью он признался, что совершенно не мечтает о биографическом фильме про свою жизнь. Более того, если бы к нему пришли ушлые продюсеры с предложением экранизировать его творческий путь, он бы вежливо, но твердо указал им на дверь.
«Чем я интереснее Вани Иванова, фрезеровщика? Чем я более нужен обществу?» — философски вопрошает музыкант. И действительно, если каждый агроном, доктор или, прости Господи, модный блогер начнет снимать о себе киноэпопеи, нам просто не хватит попкорна! По мнению маэстро, стремление недорослей-артистов к немедленному увековечиванию себя любимых на кинопленке вызывает лишь добрую, снисходительную улыбку.
Долой фонограмму: пойте ртом, господа!
Вместо того чтобы грезить о красных ковровых дорожках и золотых статуэтках, Розенбаум призывает коллег по цеху заняться делом. (И тут, признаться, хочется снять шляпу и аплодировать стоя, ведь живой звук нынче — почти музейная редкость!). Главный рецепт успеха прост до безобразия: нужно просто качественно выполнять свою работу. Например, научиться петь без спасительной флешки с фонограммой. Как говорил великий Станиславский: «Не верю!» — вот и Александр Яковлевич не верит в искренность тех, кто открывает рот под запись, но уже примеряет на себя лавры киногероя.
Суд времени и музыкальные эксперименты
Что касается современной музыки, мэтр относится к ней с поистине дзен-буддийским спокойствием. Да, не все молодежные тренды ему близки, но он прекрасно понимает: у каждого поколения свои кумиры. Если человек действительно заслужил, чтобы его имя осталось в веках, общество само решит снять о нем кино. Но пусть это произойдет лет через тридцать или сорок, когда осядет пыль хайпа.
В конце концов, истинное величие не нуждается в ежеминутном подтверждении ослепительными софитами. Настоящее искусство — это как хорошее вино: с годами оно становится только крепче, обретая глубокий смысл и тонкий аромат. Делайте свое дело с душой, любите людей, и, возможно, однажды сама жизнь напишет о вас лучший сценарий без всяких продюсерских накруток.
