Знаете ли вы, друзья мои, что архитектура — это та же музыка, только застывшая в камне? А в нашем случае — в дереве, что делает эту музыку еще более душевной, теплой и, увы, пожароопасной. Но не спешите хвататься за огнетушители! Сегодня у нас весть благая, словно первый глоток шампанского на новогоднем балу. В Переделкино, этом заповеднике писательской мысли и дачного уюта, грядет великое возрождение.
Возвращение легенды
Речь идет о даче Левенсона — единственном, вы только вдумайтесь, единственном сохранившемся деревянном творении великого Федора Шехтеля. Того самого гения, что построил половину красивой Москвы. Этот дом, словно стойкий оловянный солдатик (или, скорее, резной деревянный боярин), пережил все катаклизмы XX века и теперь готовится стать музеем своего создателя. Как говаривал Оскар Уайльд: «Красота в глазах смотрящего», а в данном случае — в руках реставраторов, которые уже приступили к научно-исследовательским работам.
От миллионера до коммуналки
Давайте на минутку окунемся в историю, пока она не убежала. Этот терем-теремок возвели в 1900-х годах для книгоиздателя Александра Левенсона. Человек был со вкусом и деньгами, поэтому попросил Шехтеля сделать «красиво». И Федор Осипович не подвел! Дом в стиле модерн с элементами русского зодчества встал на холме, над рекой, как декорация к доброй сказке.
Но, как известно, история России любит крутые виражи. После революции изысканные залы уплотнили, и вплоть до 80-х годов здесь ютилось по 8–12 семей. Представьте себе эту картину: очередь в ванную, споры на кухне о том, кто съел чужую котлету, и все это — под сенью шехтелевских потолков! Поистине, бытие определяет сознание, но иногда архитектура сопротивляется быту.
Сирийский след и птица счастья
В лихие 90-е дача пустовала (видимо, призраки коммунаров отпугивали новых русских), но затем была отреставрирована и стала… резиденцией посла Сирии. Вот уж неожиданный поворот сюжета! Восточная дипломатия в стенах русского модерна — это, согласитесь, пикантно.
Само здание — просто песня. Тут вам и ризалиты (не пугайтесь этого слова, это всего лишь выступы, придающие дому шарм), и открытые террасы для чаепитий, и башенка с шатром. А на шпиле красуется флюгер в виде птицы Сирин. Это мифическое создание с головой девы, которое поет райские песни. Символично, не правда ли? Птица, видимо, напела дому долгую жизнь.
✨ Финал с надеждой
Сейчас специалисты готовят проект новой реставрации. Хочется верить, что на этот раз обойдется без сайдинга и пластиковых окон, а дух Шехтеля будет довольно потирать свои призрачные руки. Ведь, как говорил классик, «Рукописи не горят», а настоящая архитектура, как мы видим, не гниет и не сдается.
Так что, друзья, будем ждать открытия музея. Это прекрасный повод напомнить себе, что красота вечна, даже если она сделана из дерева, а времена меняются быстрее, чем погода в Москве. Улыбайтесь, господа, нас ждет встреча с прекрасным!