Знаете ли вы, что каждый порядочный писатель — это немножечко шпион в собственном доме? Как говаривал один мудрец: «Бойтесь литератора, ибо он запишет ваши грехи и продаст их тиражом в десять тысяч экземпляров». В легендарном городке Переделкино, где музы, кажется, работают без выходных и перерывов на обед, прошел фестиваль с меланхоличным названием «Последний день зимы». И обсуждали там вопрос, терзающий умы со времен Гомера: стоит ли устраивать душевный стриптиз перед читателем и вытряхивать пыль из фамильных ковров на всеобщее обозрение?
Искусство литературного доноса
Дискуссия разгорелась нешуточная. Денис Драгунский, человек, который буквально вырос на страницах книг своего отца (вот уж кому не позавидуешь — вся жизнь под микроскопом!), решил не прерывать династию и продолжил летопись. Это, знаете ли, удобно: не нужно придумывать персонажей, достаточно просто выйти к завтраку.
А вот Александр Снегирев пошел другим путем. Ему, видимо, свои скелеты в шкафу надоели, и он решил покопаться в чужих. В книге «По линии матери» он взялся за архивы семьи своего друга. Полтора века истории: от доносов до любовных записок — полный набор для хорошей драмы. Друг искал в этом, цитирую, «дыхание родных покойников». Звучит как название готического триллера, не правда ли? Снегирев же, с присущим писателю цинизмом, заметил: искать опору в прошлом — самообман, но зато какой вдохновляющий! В итоге друг получил чувство собственной важности, а Александр — отличный сюжет. Win-win, как говорится.
Правда — это скучно, даешь фантасмагорию!
Владислав Отрошенко и вовсе заявил, что достоверность — главный враг литературы. И правда, кому нужна скучная реальность, когда можно придумать красивый миф? Его семейная сага — это коктейль из правды и вымысла, где уже не разберешь, где бабушка, а где фея.
Читайте также:
Британская ассоциация авторов начнет маркировать книги, написанные человеком
Отрошенко, будучи потомком казаков, столкнулся с классической проблемой: архивы пропали, остались только усы на фотографиях. Пришлось включать воображение на полную мощность. «Власть понимала, что самое ценное — это память», — философски заметил он, оправдывая свои художественные вольности. И ведь не поспоришь: хорошая выдумка часто правдивее самого сухого факта.
Терапия словом и загадочные критики
Для Майи Кононенко литература стала способом залечить раны. Ее роман «Единоличница» — это попытка склеить две части русско-украинской души через аллюзии на Кэрролла и Кафку. Согласитесь, когда жизнь напоминает абсурд, Кафка становится лучшим психотерапевтом.
А вот Дмитрий Данилов искренне недоумевает. Написал человек роман «Горизонтальное положение», а критики тут же поставили диагноз: «Тотальное одиночество!». Данилов только руками разводит: «Ребята, я с женой 26 лет счастлив, вы о чем?». Но кто будет слушать автора, когда критики уже все решили? Зато в путевых очерках он честно признался: поезда — это попытка пережить утрату мамы. Все-таки, дорога лечит лучше любых лекарств.
Сундук с сокровищами и вечность
И напоследок — о чудесной Марине Москвиной. У этой женщины даже список покупок, наверное, читается как приключенческий роман. Она рассказала о деде-архивариусе, который жил как герой боевика и выловил сундук из Черного моря. Представляете? Не рыбу, не старый башмак, а сундук! Вот где настоящая магия жизни.
В конечном счете, дорогие друзья, не так уж важно, было ли это на самом деле или привиделось автору в творческом угаре. Как сказал бы старина Марк Твен: «Никогда не позволяйте правде портить хорошую историю». Ведь единственное, что остается от нас в вечности — это байки, которые мы успели рассказать, и любовь, которую мы в них вложили. А семейные истории — это тот самый клей, который держит нас вместе, даже если иногда хочется отклеиться.
Читайте также:
Писатель Евгений Водолазкин рассказал о своем новом романе
Автор: Анастасия Скорондаева
