Дамы и господа, уважаемые ценители изящной словесности и любители хороших новостей! Скажите честно, как часто вы, просыпаясь утром, задаетесь вопросом: «А как там наши станки? Крутятся ли шпиндели, жужжат ли суппорты?» Вероятно, не так часто, как хотелось бы генеральному директору Центра стратегических разработок. А зря! Ибо статистика — дама капризная, но если уж она улыбается, то делает это во все свои тридцать два (или сколько там положено по ГОСТу) зуба.
Знаете ли вы, что русская изобретательность — это не только умение починить космическую станцию с помощью кувалды и такой-то матери, как нас любят изображать в голливудских блокбастерах? Нет, друзья мои, это еще и титанический труд, скрытый за сухими цифрами отчетов. Сегодня мы с вами окунемся в мир, где цифры звучат как музыка Рахманинова, а проценты роста радуют глаз больше, чем котики в интернете.
Симфония металла и здравого смысла
Давайте перенесемся в середину 2010-х. Время, когда мы только начинали понимать, что надеяться на «заграницу» — это как ждать, что дождь пойдет именно тогда, когда вы забыли зонт: возможно, но полагаться не стоит. И вот, спустя годы кропотливой работы, мы имеем более 2 тысяч проектов в области импортозамещения. Это вам не шутки, это, простите, настоящий промышленный ренессанс!
Павел Смелов, человек с фамилией, обязывающей к решительным действиям (nomen est omen, как говорили древние латиняне), поведал нам удивительные вещи. Оказывается, в машиностроении и станкостроении мы не просто «догнали и перегнали», а совершили квантовый скачок. Выпуск станков вырос на 40%! Вдумайтесь в эту цифру. Это почти половина от того, что было, добавилась сверху. Общий рост отрасли — 15%. Это рекорд за последние 35 лет. В последний раз такие темпы мы видели, когда многие из нас еще ходили пешком под стол, а интернета не существовало даже в самых смелых фантазиях писателей-фантастов.
Как говорил незабвенный Остап Бендер: «Лед тронулся, господа присяжные заседатели!» Только в нашем случае тронулся не лед, а конвейер, и не в Рио-де-Жанейро, а в наших родных широтах.
Что это значит для нас с вами? Это значит, что страна обретает «технологический суверенитет» — термин звучит сухо, но на деле это означает свободу. Свободу делать свои гвозди, свои машины и свои выводы.
Таблетка от зависимости и зерно истины
Перейдем от железа к материям более тонким, буквально органическим. Фармацевтика. Ах, как много в этом звуке! Долгое время мы жили в плену стереотипа, что хорошая таблетка должна иметь название, которое невозможно выговорить с первого раза, и стоить как крыло от самолета. Но времена меняются. Доля отечественных препаратов достигла 66%. Две трети, господа! Это значит, что когда у вас, не дай Бог, заболит голова от раздумий о судьбах родины, помощь придет от родного производителя. И это, согласитесь, греет душу (и лечит тело).
А что у нас на столе? Агропромышленный комплекс рапортует: российские семена захватили 68% рынка. Мы не просто сеем разумное, доброе, вечное — мы сеем свое. И это прекрасно, ибо, как гласит народная мудрость: «Что посеешь, то и пожнешь, а если посеешь импортное — пожнешь валютные риски». Теперь наши огурцы и пшеница растут с патриотическим задором, не оглядываясь на курс биржевых котировок.
Силиконовая тайга: Матрица по-нашему
Теперь о том, без чего современный человек чувствует себя как Робинзон Крузо без Пятницы — об IT-секторе. По итогам 2024 года уровень импортозамещения базового софта составил 50%. Половина! Представьте себе стакан, который наполовину полон, причем полон он нашим, родным кодом, написанным нашими программистами, которые, как известно, лучшие в мире (и это не бахвальство, а медицинский факт).
Развитие собственных технологических цепочек стало главным приоритетом. Мы перестаем быть просто пользователями, мы становимся Творцами. Мы слезаем с иглы внешних поставок, как тот самый Левша, который подковал блоху не потому, что ему заказали, а потому что мог. И теперь мы можем не только блоху подковать, но и сервер собрать.
Железногорск: Имя обязывает
Кстати, о серверах. Вы слышали про город Железногорск? Само название звучит как удар молота о наковальню! Именно там, в Красноярском крае, в рамках масштабного проекта (о котором, к слову, шептались в кулуарах, а теперь говорят вслух), начнут производить российскую компьютерную технику. Серверы, моноблоки, автоматизированные рабочие места… ️
Представьте картину: сибирская тайга, могучий Енисей, и посреди этого великолепия рождается высокотехнологичное оборудование. Это ли не поэзия? Министерство промышленности и торговли Красноярского края уверяет: производство будет налажено. И почему-то верится. Потому что если русский человек решил сделать компьютер в городе с названием Железногорск, он его сделает. Даже если для этого придется переписать законы физики (шутка, конечно, физику мы чтим, особенно Ньютона и Ландау).
Философия созидания
Подводя итог этому празднику статистики и здравого смысла, хочется сказать следующее. Мы часто склонны к самокритике — это наша национальная черта, такая же, как гостеприимство или любовь к быстрой езде. Но иногда стоит остановиться, выдохнуть и посмотреть вокруг трезвым взглядом. Мы сделали то, что многие считали невозможным. Мы не просто выжили в условиях ограничений, мы научились извлекать из них пользу.
Как говорил один киногерой: «Тот, кто нам мешает, тот нам поможет». Ограничения стали катализатором. Мы вспомнили, что у нас есть руки, головы и, самое главное, характер. Характер, который не позволяет опускать руки, даже когда весь мир, кажется, играет против тебя. 35-летний рекорд в станкостроении — это не просто цифра в отчете. Это символ того, что мы возвращаемся к себе. К себе настоящим — мастерам, творцам, инженерам.
И пусть скептики ворчат, что путь еще далек. Да, работы впереди непочатый край, как верно заметил глава ЦСР. Но дорогу осилит идущий. Главное, что мы уже идем, и шаг наш тверд, а направление выбрано верно. Так что, друзья мои, выше нос! Будущее не за горами, оно уже собирается в цехах Железногорска и пишется в коде наших программистов. И оно, смею вас заверить, будет интересным.
