А не замахнуться ли нам на Вильяма нашего, понимаете ли, Шекспира?
Именно этот вопрос, вероятно, задал себе режиссер Олег Долин, проходя мимо легендарного Театра имени Вахтангова. И замахнулся! Да так, что бедная Джульетта оказалась в бетонных джунглях, а Ромео утеплился, словно собрался не на свидание, а на подледную рыбалку. Но обо всем по порядку, дорогие любители Мельпомены и здорового сарказма.
Бетонная романтика и суровая реальность
Представьте себе Верону. Солнце, виноградники, старинные камни… Забудьте! В новой постановке Верона выглядит так, будто её строили по программе реновации в спальном районе — стилизованное железобетонное пространство. Художник-постановщик Максим Обрезков решил не размениваться на кружева. В конце концов, любовь — штука крепкая, как армированный бетон, не так ли?
Кстати, последний раз «Ромео и Джульетту» в этих стенах ставили в далеком 1956 году. Видимо, 70 лет ушло на то, чтобы набраться смелости и переодеть главного героя.
Уши, лапы и хво… то есть, шапка!
Главная «изюминка» (или, если хотите, клюковка) спектакля — это, безусловно, головной убор Ромео. Наш пылкий влюбленный щеголяет в классической шапке-ушанке. И это, друзья мои, гениально. Как говорил Максим Обрезков: «Когда надели на него шапку — прекрасно, он вдруг стал такой наивный, какой-то родной, не иностранец».
Действительно, глядя на парня в ушанке, сразу понимаешь: этот не предаст, этот согреет. И пусть злопыхатели ищут скрытые смыслы, режиссер Олег Долин уверяет, что просто дал волю нашему воображению. А оно, как известно, может завести куда угодно, хоть в Верону, хоть в Воркуту.
Стихи и проза жизни
Чтобы актеры не расслаблялись в своих уютных шапках, их заставили говорить языком Бориса Пастернака. Перевод сложный, музыкальный, требующий особого «драматического существования». Молодые дарования Григорий Здоров и Полина Рафеева (наши Ромео и Джульетта) прошли проверку на прочность. Ведь читать стихи о любви, когда вокруг бетон, а на голове мех — это высший пилотаж актерского мастерства.
«Мне кажется, что сейчас то время, когда все очень хотят любви, когда можно ничего не говорить, а просто смотреть друг другу в глаза и улыбаться», — философски заметил художник спектакля. И тут не поспоришь. В эпоху цифрового шума молчаливая улыбка (особенно из-под ушанки) стоит тысячи лайков.
В конечном счете, неважно, во что одеты герои и из чего сделаны декорации. Классика тем и хороша, что она, как вода, принимает форму любого сосуда, не меняя своей сути. И если Ромео в ушанке заставит хоть одно сердце в зале биться чаще, значит, Шекспир все еще жив, а любовь по-прежнему остается единственным топливом, способным согреть этот бетонный мир. ❤️