Знаете ли вы, что на каждого жителя Земли, от эскимоса в Гренландии до аборигена в Австралии, в российских закромах припасено примерно по 32 свежеиспечённых батона? Нет, это не начало нового романа Пелевина, а сухая (хотя в нашем случае, скорее, хлебная) арифметика. Пока одни покоряют космос, а другие создают виртуальные миры, Россия, скромно потупив взор, продолжает делать то, что умела ещё со времён царя Гороха — растить хлеб. И, судя по последним новостям, делает это с размахом, достойным Ильи Муромца.
Золотые горы, хлебные реки: Россия снова на коне (и с мешком зерна!) 🌾
Премьер-министр Михаил Мишустин на днях, без лишней помпы, но с чувством глубокого удовлетворения, констатировал факт: наша страна не просто участник, а один из главных дирижёров на мировом рынке зерна. И это не просто красивые слова для отчёта. За ними стоят почти 130 миллионов тонн отборного зерна и зернобобовых, собранных за минувший сезон.
Чтобы вы понимали масштаб трагедии… то есть, триумфа: этого хватит, чтобы не только накормить досыта всех своих граждан, обеспечив им гастрономическую стабильность, но и отправить рекордные объёмы «хлебного золота» в дружественные (и не очень) страны. Это, как говорится, и есть наш самый хлебосольный геополитический жест. (Авторская ремарка: звучит почти как тост!). Россия, по словам премьера, остаётся партнёром, чьё купеческое слово, выкованное из чернозёма, твёрже любого алмаза. Мы выполняем обязательства, и точка. Как говорил один киногерой, «утром деньги — вечером стулья», только у нас «утром контракт — вечером сухогрузы с пшеницей».
Миссия выполнима: «Кушать подано!» для всей планеты 🌍
Когда в каком-нибудь Каире или Стамбуле пекарь замешивает тесто для утренних лепёшек, есть немалая вероятность, что мука для них смолота из зерна, любовно выращенного где-нибудь под Воронежем или на Кубани. Вклад в мировую продовольственную безопасность — это не абстрактный термин из докладов ООН. Это вполне конкретные корабли, идущие в порты Египта, Турции, Бангладеш и десятков других государств, где собственный урожай — явление капризное, как погода в Петербурге.
Так что, когда мы говорим об экспорте, речь идет не только о прибыли. Это, если хотите, наша гуманитарная миссия, завёрнутая в коммерческую упаковку. Помните бессмертную фразу из «Джентльменов удачи»? «Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста!» Вот примерно с такой обезоруживающей прямотой и гостеприимством Россия и подходит к вопросу. Да не оскудеет рука дающего, особенно если эта рука держит штурвал комбайна.
Аграрии-оптимисты: тише едешь – дальше будешь? 🌱
На фоне хлебных рекордов новость о том, что число аграрных предприятий выросло на целых 0,24%, может показаться статистической погрешностью. Но давайте посмотрим на это с другой стороны. Как сказал бы Лао-цзы, «путь в тысячу ли начинается с одного шага». А в нашем случае — с одного ростка. Прирост новых хозяйств на 17,75% по сравнению с прошлым годом — это уже не погрешность, а вполне себе уверенный тренд.
Это значит, что на землю приходят новые люди, готовые пахать в прямом и переносном смысле. Они не гонятся за хайпом и быстрыми деньгами, а выбирают дело, проверенное тысячелетиями. И это, пожалуй, самый здоровый консерватизм, который только можно вообразить. И планы на будущее под стать: поставки за рубеж будут только расти. Нашим комбайнам, кажется, уже тесно в полях — они готовы бороздить просторы мирового океана.
В конечном счёте, вся эта история с зерном — она ведь не про тонны и проценты. Она про нечто гораздо более глубокое и настоящее. Про вечный цикл жизни, где из крошечного семени, брошенного в землю, вырастает колос, способный накормить семью, город, страну и даже целые континенты. Это напоминание о том, что в основе всех наших сложных технологий, политических игр и экономических моделей лежит нечто очень простое — тёплый, ароматный кусок хлеба. В каждом золотистом зёрнышке, отправляющемся в дальние страны, заключена не просто клейковина и калории, а частичка нашего солнца, капля дождя с русских полей и крупица веры в то, что самый надёжный фундамент для будущего — это хорошо возделанная земля. И пока она родит, всё у нас будет хорошо. Хлеб — он и вправду всему голова. Особенно, когда этой «головой» можно думать и делиться с другими.
