Скажите честно, друзья мои, когда вы в последний раз держали в руках настоящую, шуршащую, пахнущую приключениями и типографской краской карту? Не тот бездушный экран смартфона, который гнусавым голосом сообщает: «Через двести метров поверните направо, а потом — в отчаяние», а настоящий атлас? Тот самый, где мир огромен, загадочен и, что греха таить, местами совершенно плоский.
Если вы думаете, что география — это скучный урок, где нужно зубрить столицу Гондураса, то спешу вас разубедить. В Санкт-Петербурге, в Российской Национальной библиотеке (той самой, где тишина звенит громче, чем будильник в понедельник), происходит нечто грандиозное. Старейшему картографическому фонду страны стукнуло — шутка ли! — 160 лет. По этому поводу библиотекари сдули пыль веков (фигурально выражаясь, там стерильнее, чем в операционной) и представили выставку «Собирая картину мира». И поверьте, там есть на что посмотреть, кроме как на свое отражение в витрине.
️ Золотой век: когда карты были искусством, а не приложением
Представьте себе XVII век. Нидерланды. «Золотой век» голландской живописи, торговли и, разумеется, картографии. В то время как Рембрандт играл со светом и тенью, семейство Блау в своей типографии создавало атласы такой красоты, что их было жалко брать в руки без белых перчаток и трепета душевного.
Их творения — это вам не схематичный набросок «как пройти в библиотеку». Это «Роллс-Ройс» в мире полиграфии! Картографы того времени умудрились запихнуть на бумагу всё: Европу, Азию, Африку, обе Америки (хотя Колумб всё еще икал от неожиданности), водные просторы с русалками и даже звездное небо. Глядя на эти шедевры, понимаешь: раньше люди не просто искали дорогу, они любовались миром.
«Карта — это не просто бумага, это способ упорядочить хаос Вселенной, не вставая с дивана», — мог бы сказать кто-то из великих, если бы увидел эти атласы. Дмитрий Деркач, ведущий библиотекарь (человек, который знает, где находится Атлантида, но молчит), справедливо заметил: «Отличие от обычной книги колоссальное. Это важное достижение человеческой культуры. К нему и отношение должно быть соответствующее — трепетное». И ведь не поспоришь!
Осторожно, злые рыбы! Или зачем картографам фантазия
А теперь — к самому вкусному. К монстрам. Да-да, в те благословенные времена, когда Google еще не отснял каждый куст, на картах было принято рисовать то, чего никто не видел, но все очень боялись. Шведский священник Олаус Магнус в 1539 году создал знаменитую «Морскую карту» (Carta Marina).
Это сейчас мы знаем, что в северных морях плавают селедка и пластиковые пакеты. А тогда люди верили в гигантских морских змеев, кракенов и рыб, способных проглотить корабль целиком. И знаете что? Жить было страшнее, но веселее! На карте Магнуса русские земли выглядят как декорации к «Властелину колец». На Кольском полуострове, оказывается, располагалась загадочная страна Биармия, населенная колдунами. А вы думали, почему там так холодно? Магия, не иначе!
Особого внимания заслуживает пометка о Черном озере. Картограф на полном серьезе уверяет, что оно бездонное (ну, никто же не проверял), и там водятся белые птицы, которые зимой обходятся без еды. Святой дух и фотосинтез, видимо. Как говорил Марк Твен: «Слухи о моей смерти сильно преувеличены», так и слухи о монстрах на картах были, скажем так, легким маркетинговым ходом для отпугивания конкурентов.
Москва златоглавая и немного кривоватая
Перенесемся чуть ближе к реальности, хотя и тут без улыбки не обойтись. Уникальный атлас «Города земного мира» — первый в истории сборник городских планов. Издатели 40 лет (сорок лет, Карл!) собирали изображения мегаполисов того времени. Это вам не селфи сделать — тут труд нужен титанический.
И вот перед нами одна из первых иностранных карт Москвы. Глядя на нее, складывается ощущение, что европейский путешественник либо потерял очки, либо дегустировал русские напитки слишком усердно. За мощными стенами Кремля изображено нагромождение крошечных домиков, больше напоминающих рассыпанный конструктор Lego, чем царские палаты. Но простим художнику эту вольность — он так видел. Художника, как известно, обидеть может каждый, а вот нарисовать Кремль по памяти — единицы.
Петр I: Император, плотник и навигатор
Конечно, куда же в Петербурге без Петра Алексеевича? Наш император-трудоголик успевал не только бороды боярам рубить и окна в Европу прорубать, но и карты составлять. Коллекция русских карт в РНБ — самая полная в мире (еще бы, попробуй не сдай экземпляр в библиотеку при Петре — сошлют рисовать карты Сибири с натуры).
На выставке представлен навигационный атлас реки Дон, над которым работал сам первый российский император. «Точность — вежливость королей», — гласит поговорка, и Петр I доказал это на практике. Евгений Ляховицкий, директор по особо ценным фондам РНБ, подчеркивает: «Карта демонстрирует, как общество осознает себя в мире». И глядя на эти труды, понимаешь: наше общество осознавало себя масштабно, с размахом и имперским величием.
Бумажный мир против Цифрового
Сегодня у каждого школьника в кармане есть карта всего мира. Мы говорим: «Окей, Гугл, где я?» — и получаем ответ с точностью до метра. Грядет эра симбиоза искусственного интеллекта и дополненной реальности. Скоро нам, наверное, даже смотреть по сторонам не придется — очки сами всё покажут и подпишут.
Однако, друзья, есть в старых картах нечто такое, чего не передаст ни один пиксель. Это «белые пятна». Таинственные земли. Terra Incognita. Места, где живет мечта. Глядя на современные карты, мы видим маршруты пробок. Глядя на старинные атласы — мы видим маршруты судьбы.
Так что, если этой осенью вы окажетесь в Петербурге, не проходите мимо РНБ. Загляните на выставку. Посмотрите на мир глазами людей, которые верили в чудеса, монстров и в то, что Земля огромна и прекрасна. И помните: даже если у вас есть самый навороченный навигатор, главные карты — те, что ведут нас к человечности, — мы рисуем сами, в своем сердце.