Знаете ли вы, что общего у гениальной оперы и ремонта в квартире интеллигентного человека? И то, и другое почти невозможно закончить — можно лишь волевым усилием прекратить. Великий Джакомо Пуччини, этот итальянский маэстро страстей и разбитых сердец, ушел из жизни, оставив партитуру «Турандот» незавершенной. То ли муза взяла выходной, то ли судьба решила, что такая красота не должна иметь банального финала. И вот, спустя век, на Исторической сцене Большого театра нам представили не просто оперу, а настоящий психологический триллер с нотами высокой драмы и видеопроекциями.
Когда классика встречается с хай-теком
Давайте будем честны: в наш век, когда даже кофеварки имеют доступ к интернету, смотреть на картонные декорации уже как-то неловко. Большой театр, которому стукнуло 250 лет (возраст, когда уже можно позволить себе любые эксперименты и никто не осудит), решил не отставать. Режиссер Алексей Франдетти, человек с неиссякаемой энергией и фантазией, превратил сцену в пространство, где музыка Пуччини танцует танго с современными технологиями.
Премьера, о которой шепчется вся культурная (и не очень) Москва, стала настоящим вызовом. Во-первых, это красиво. Во-вторых, это смело. Сто лет назад в Милане дирижер Артуро Тосканини опустил палочку и сказал залу: «Здесь смерть вырвала перо из рук маэстро». Красиво? Безумно. Но современному зрителю подавай экшн, и Франдетти его обеспечил.
Любовь зла, или альтернативный финал
Мы привыкли, что в сказках, даже оперных, всё заканчивается если не свадьбой, то хотя бы торжественным хором выживших. Обычно финал «Турандот» дописывал ученик Пуччини, Франко Альфано, и там, худо-бедно, любовь побеждала ледяное сердце принцессы. Все обнимаются, занавес, буфет. Но не в этот раз! ☝️
Алексей Франдетти, видимо, перечитал Фрейда или просто решил добавить перца в итальянскую пасту, предложив зрителям совершенно иную развязку. Как говорила Фаина Раневская: «Оптимизм — это недостаток информации». В новой версии оптимизма у героев поубавилось.
«Финал будет иным, не таким как в классических постановках. Турандот психологически давит на Калафа и он умирает, его обезглавливают. Она остаётся одна: со своими чувствами, со своими переживаниями, со своим видением любви, большей степени к себе», — поделилась исполнительница главной партии Диана Алиева. И тут хочется воскликнуть: «Браво!». Ну, наконец-то, жизненная правда! Никаких вам «жили долго и счастливо». Принцесса осталась с короной, но без жениха, зато с богатым внутренним миром и, вероятно, с хорошим психотерапевтом в перспективе. Калаф, увы, потерял голову от любви. В буквальном смысле. Мужчины, мотайте на ус: не все загадки женщин нужно разгадывать, некоторые безопаснее проигнорировать.
Батальон талантов под управлением Гергиева
Опера Пуччини — это вам не частушки под баян на завалинке. Это Эверест вокального искусства. Чтобы спеть партию Турандот и не сорвать связки, нужно обладать луженой глоткой и стальными нервами. А знаменитая ария Калафа «Nessun dorma» (Пусть никто не спит)? Если тенор не возьмет верхнее «си», проснутся даже те, кто спал в партере с первого акта.
Валерий Гергиев, человек-оркестр и музыкальный гуру, подошел к вопросу с размахом, достойным полководца. «У нас подготовлено шесть или даже семь составов!» — заявил маэстро. Вдумайтесь в эту цифру. Семь составов! Это же можно укомплектовать небольшую вокальную армию и захватить какую-нибудь музыкальную консерваторию без боя.
«В ближайшие пять-семь недель перед москвичами и гостями Москвы выступить в этих труднейших партиях, как Турандот, так и Калаф или Лиу, которая тоже требует серьёзных исполнительских ресурсов», — добавил Гергиев. Видимо, расчет сделан на то, что если один тенор падет смертью храбрых на высокой ноте (или от руки жестокой принцессы), его тут же заменит следующий из-за кулис, свежий и полный сил.
Почему это нужно видеть?
Потому что это Большой. Потому что это Пуччини. И потому что, положа руку на сердце, нам всем иногда не хватает красивой сказки, пусть даже с немного кровожадным концом. Визуальная часть обещает быть такой, что вы забудете достать телефон, чтобы проверить соцсети (а это, согласитесь, высшая похвала постановке). Видеопроекции создают объем, свет рисует эмоции, а музыка… Музыка Пуччини способна растопить даже лед в сердце сотрудника паспортного стола, не то что искушенного зрителя.
Франдетти замечает: «Как мы знаем, Пуччини эту оперу не закончил… Но то, что финал будет, может быть, отчасти неожиданный… это тоже факт». Эта интрига стоит того, чтобы надеть лучший костюм, сдуть пыль с бриллиантов (или бижутерии, в полумраке ложи не видно) и отправиться в храм искусства.
Вместо эпилога
Жизнь, как и опера, полна неожиданных поворотов. Сегодня ты разгадываешь загадки, а завтра — теряешь голову. Но в этом и есть соль существования. Искусство учит нас принимать любой финал с достоинством и под аплодисменты. В конце концов, даже если ваша личная «ария» пошла не по плану, главное, чтобы она звучала красиво и искренне. Идите в театр, друзья! Ведь пока звучит музыка, у нас всегда есть надежда на чудо, даже если либретто утверждает обратное.