Здравствуйте, уважаемые ценители живого слова и тонкой иронии! Задумывались ли вы когда-нибудь, глядя на свой смартфон, что однажды эта пластиковая коробочка не просто закажет вам пиццу, но и напишет сонет, от которого у вас потекут слезы умиления? Вопрос, достойный лучших философских диспутов на кухне в три часа ночи. Впрочем, пока мы с вами гадаем, мэтры отечественной фантастики уже вынесли свой вердикт. И он, скажу я вам, звучит весьма утешительно для нашего углеродного самолюбия.
Мечтают ли андроиды об электроовцах? Спойлер: Нет, они просто копируют
На литературном ринге снова оживление. В красном углу — Искусственный Интеллект, этот вундеркинд с бесконечной памятью и отсутствием совести. В синем углу — Сергей Васильевич Лукьяненко, человек, который еще тридцать лет назад, в эпоху дискет и медленного интернета, предсказал появление подобных цифровых «имитаторов». И, судя по всему, писатель настроен скептически, что не может не радовать нас, простых смертных, боящихся восстания машин.
Сергей Лукьяненко, чьи «Дозоры» зачитывались до дыр миллионами, высказал мысль простую, но глубокую, как Марианская впадина: нейросеть не творит, она комбинирует. Это, друзья мои, как если бы вы взяли кусочки Моцарта, Битлз и, прости господи, утреннего шоу по радио, взболтали бы их в блендере и попытались выдать полученный коктейль за новую симфонию. Вкусно? Возможно. Гениально? Вряд ли.
«Сегодня искусственный интеллект — это лишь нейросетевая программа, которая пока только имитирует интеллект… Эти программы не думают, а просто собирают любую вещь — хоть песню, хоть паровоз — из огромных баз данных», — с присущей ему прямотой заявил писатель. И ведь как точно подмечено! Паровоз собрать можно, но поедет ли он в Хогвартс или застрянет на запасном пути логических ошибок — большой вопрос.
Вспомните старую добрую поговорку: «Повторенье — мать ученья, но мачеха творчества». Нейросеть — это отличный ученик-зубрила, который выучил наизусть всю библиотеку Конгресса, но так и не понял, почему Наташа Ростова плакала на первом балу.
Алые паруса в неоновом свете: Эксперимент, который пошел не по плану
Чтобы не быть голословным, наш литературный маэстро провел эксперимент, достойный пера самого Булгакова. Он взял святая святых романтики — «Алые паруса» Александра Грина — и предложил бездушной машине переписать эту историю в жанрах киберпанка и космооперы. Представьте себе эту картину: Ассоль с бионическим глазом ждет капитана Грея на космодроме, а вместо алых парусов — голографические проекции рекламных баннеров.
И что же вы думаете? Чуда не произошло. Как отметил Лукьяненко, ИИ выдал лишь переработки, жалкое подобие, «кавер-версию» в плохой аранжировке. Оригинальности там было столько же, сколько в инструкции к освежителю воздуха. Машина смогла изменить декорации, но убила душу произведения. Ведь киберпанк — это не просто неоновые лампочки и импланты, это философия упадка и бунта, а космоопера — это романтика звездных странствий, а не просто перенос действия в вакуум.
Этот эксперимент наглядно показал: форма без содержания мертва. И пока нейросеть не научится чувствовать боль, радость, тоску по несбывшемуся и эйфорию от первого поцелуя, настоящим писателем ей не стать.
Естественный отбор для графоманов
Однако, в этой бочке дегтя есть и ложка меда, причем весьма ироничная. Лукьяненко, с улыбкой доброго доктора, ставящего диагноз, заметил: «Так что пока нейросеть убивает авторов массовой литературы, которые и сами, в общем, пишут на том же уровне».
Какая восхитительная шпилька! Согласитесь, это звучит как музыка. Если писатель работает как конвейер, штампуя шаблонные сюжеты с картонными героями, то его замена алгоритмом — лишь вопрос времени и экономии бюджета издательств. И, честно говоря, туда им и дорога. Настоящая литература — это штучный товар, ручная работа, а не масс-маркет.
Как говорил Оскар Уайльд: «В наше время люди знают цену всему, но не понимают ценности ничего». Нейросеть знает цену словам, она умеет их складывать в предложения, но ценность живого, несовершенного, пульсирующего текста ей недоступна. Так что, дорогие творцы «бульварного чтива», трепещите! А истинные мастера слова могут спать спокойно — их муза не поддается оцифровке.
Глаза — зеркало души (или её отсутствия)
Но давайте спустимся с литературных вершин на грешную землю технологий. Если текст нейросети еще можно спутать с опусом среднего копирайтера, то с видео все обстоит еще интереснее. Эксперт по кибербезопасности Владислав Кокунцыков поделился секретом, как отличить живого человека от цифрового фантома. И этот секрет кроется в… несовершенстве.
Оказывается, нейросетевые видео выдает их пугающая идеальность. Картинка слишком гладкая, слишком правильная, без привычных человеческому глазу огрехов. Это как встреча с манекеном в темном переулке — вроде похоже на человека, но мороз по коже.
- Немигающий взгляд. ИИ часто забывает, что людям свойственно моргать. Персонаж на видео может смотреть на вас пристально, не смыкая глаз, как налоговый инспектор при проверке декларации.
- Слишком ровная речь. Отсутствие запинок, слов-паразитов, вздохов. Робот говорит так, как мы хотели бы говорить на собеседовании, но в жизни так не бывает.
- Идеальная кожа. Ни морщинки, ни прыщика, ни следов бессонной ночи.
Ирония судьбы: мы веками стремились к идеалу, фотошопили свои снимки, учились ораторскому искусству, а теперь именно наши недостатки, наши милые шероховатости и ошибки стали главным доказательством нашей человечности! Как тут не вспомнить слова из фильма «В джазе только девушки»: «У каждого свои недостатки!». И слава богу, что они у нас есть. Именно они делают нас настоящими.
Оптимистичное послесловие
Так стоит ли нам бояться, что машины захватят мир искусства? Едва ли. Пока компьютер не научится разбивать сердце, совершать глупости ради любви, смеяться над собой и плакать над фильмом про Хатико, он останется лишь инструментом. Пусть очень сложным, пусть невероятно быстрым, но всего лишь молотком в руках мастера. Или в руках обезьяны — тут уж как повезет.
Человек — существо парадоксальное. Мы создаем шедевры не благодаря алгоритмам, а вопреки им. Мы пишем стихи, когда нам плохо, и поем песни, когда душа просит полета. И в этом наша великая сила. Пусть нейросети пишут годовые отчеты и инструкции к пылесосам — это у них получается отлично. А мы оставим себе право на вдохновение, на муки творчества и на ту самую искру божью, которую нельзя запрограммировать ни на каком языке Python. ✨