Знаете ли вы, почему тритоны и саламандры никогда не записываются на прием к пластическим хирургам? У них есть секрет, заставляющий человечество зеленеть от зависти (и немного от цвета подопытных лягушек). Пока мы с грустью разглядываем шрамы от детских падений, эти земноводные хитрецы просто нажимают внутреннюю кнопку «Обновить» и отращивают себе новые конечности. Справедливо? Едва ли. Но российские ученые решили поспорить с матушкой-природой и исправить эту эволюционную несправедливость.
В поисках утраченного «Ctrl+Z»
Как говорили мудрецы: «Что у лягушки на лапке, то у генетика в уме». Светлые головы из Института биоорганической химии РАН и Пироговского университета совершили дерзкий маневр, достойный сюжета научной фантастики. Они взяли ген ag1 — тот самый биологический эликсир молодость, отвечающий за регенерацию у амфибий, — и аккуратно «подсадили» его мышам.
Задача была не из легких: заставить организм млекопитающего, который давным-давно «забыл», как отращивать новые органы, вспомнить это древнее искусство. Донором чудесной способности выступила шпорцевая лягушка Xenopus laevis. Получился этакий генетический коктейль: мышь не заквакала, но ее клетки явно взбодрились.
Ни шрам, ни драма: смешанные чувства эволюции
Результат эксперимента заставил исследователей улыбнуться. Активированный ген сработал как дирижер, разбудивший спящий оркестр восстановительных процессов. Раны у трансгенных мышей заживали по уникальному «гибридному» сценарию. Это была уже не просто грубая заплатка в виде рубца, к которой мы привыкли, но и полноценная попытка ткани восстановить свою структуру.
Конечно, до мгновенной регенерации в стиле Дэдпула пока далеко — природа, эта строгая дама, всё же добавила немного рубцовой ткани «для порядка». Но главное доказано: древние механизмы, утраченные нами миллионы лет назад, не исчезли бесследно. Они просто ждали, пока российские ученые подберут к ним правильный ключ.
Это открытие — словно найденная деталь от старого дедушкиного конструктора, которая идеально подошла к современному звездолету. Оно дарит нам осторожную, но тёплую надежду. Возможно, однажды потеря органа станет для человека лишь досадным недоразумением, а не трагедией. Ведь если мышь смогла хоть немного стать лягушкой, то и у нас есть все шансы стать немного совершеннее. Эволюция закрыла перед нами дверь, но наука уже лезет в окно.