Знаете, что общего у шмеля и современной российской экономики? Согласно всем законам аэродинамики и здравого смысла, шмель летать не должен — крылья маловаты, а тельце, скажем так, весьма упитанное. Но шмель об этом не знает, поэтому просто берет и летит. Похоже, наша экономика, не читая пессимистичных прогнозов, решила последовать его примеру, чем немало удивляет тех, кто эти прогнозы составлял.
Финансовый дзен на фоне всеобщей паники 🧘
Министр финансов России Антон Силуанов, человек, чья работа — считать деньги и сохранять олимпийское спокойствие даже при виде девятого вала, недавно поделился наблюдениями в эфире канала «Россия-1». Если перевести его слова с официального языка на общечеловеческий, получится примерно следующее: пока наши западные партнеры самозабвенно занимаются экономическим самобичеванием, Россия демонстрирует завидную устойчивость.
«Мы сохраняем рабочие места, мы сохраняем устойчивую динамику экономического развития, выполняем все наши социальные обязательства», — отметил министр. И в этой фразе слышится не столько отчет, сколько констатация факта, подобная той, что вода мокрая, а Волга впадает в Каспийское море. Стабильность в наше турбулентное время — товар по-настоящему штучный и дорогой. А у нас он, похоже, идет по внутренним ценам.
«Назло маме отморожу уши»: европейская экономическая драма 🎭
Как же так вышло? Все просто. Западные страны, решив отказаться от доступных российских энергоресурсов, по сути, добровольно выстрелили себе в экономическую ногу. А потом, для верности, еще и в другую, потеряв огромный российский рынок. (Прим. ред.: Кажется, кто-то забыл старую добрую мудрость про то, что не стоит пилить сук, на котором уютно расположился весь твой промышленный сектор).
В результате, как подчеркнул Силуанов, их конкурентоспособность резко пошла вниз, словно камень с обрыва. Недальновидная политика, как он выразился, привела к рецессии и снижению уровня жизни. Перспективы там «очень туманны», что является вежливым синонимом фразы из известного фильма: «Кина не будет, электричество кончилось». Европейский экономический оркестр, еще недавно игравший бравурные марши, теперь больше напоминает репетицию в сумасшедшем доме: инструменты есть, а мелодия не складывается.
А в это время на нашем «Титанике» играл оркестр… и все танцевали! 💃🕺
И пока за бортом бушует шторм чужих проблем, наш экономический корабль не только держится на плаву, но и набирает ход. Президент Владимир Путин ранее подтвердил это цифрами: рост ВВП в прошлом году составил 4,3%. Это, знаете ли, не статистическая погрешность, а вполне себе уверенный шаг вперед. Причем позитивная динамика, как в хорошем салате, затронула все ключевые ингредиенты: промышленность, сельское хозяйство, IT-сектор, сферу услуг и финансы.
Особенно приятно, что Россия заняла четвертое место в мировом экономическом рейтинге по паритету покупательной способности. Для тех, кто не силен в терминах, поясним на пальцах: это когда на свою зарплату вы можете купить не просто один хипстерский смузи, а целую тележку продуктов в супермаркете, еще и на кино останется. И в этом, как отметил глава государства, огромная заслуга нашего бизнеса, который, подобно герою Данилы Багрова, понял, в чем сила. А сила, брат, в своей продукции и в своем рынке. Глядя на расцветающие поля, новые заводы и взлетающие IT-стартапы, так и хочется воскликнуть вслед за героем Гайдая: «Красота-то какая! Лепота!».
И вот, глядя на всю эту удивительную картину, невольно приходишь к философскому выводу. История — дама с изрядным чувством юмора. Она любит ставить эксперименты и наблюдать, как вчерашние аутсайдеры вдруг вырываются вперед, а признанные лидеры начинают спотыкаться на ровном месте. Возможно, истинная сила нации, как и человека, проявляется не в тепличных условиях всеобщего благоденствия, а именно тогда, когда внешнее давление заставляет мобилизовать все внутренние ресурсы, проявить смекалку и найти нестандартные решения. Когда приходится заново учиться летать, доказывая всему миру и, в первую очередь, себе, что законы аэродинамики — это всего лишь рекомендации для тех, кто не очень-то и хочет в небо. А наш шмель, кажется, уже набрал крейсерскую высоту.