Скажите честно, положа руку на сердце (или на желудок, что в данном контексте вернее): давно ли вы видели настоящую, черную, зернистую икру не на картинке в глянцевом журнале и не во сне, а, так сказать, в естественной среде обитания — на ломтике свежего батона с маслом? Вопрос, конечно, риторический и для многих болезненный. Мы привыкли думать, что осетр — это нечто мифическое, вроде единорога, только с жабрами, которое водилось во времена царя Гороха и безвозвратно уплыло в Лету. Но постойте утирать скупую слезу ностальгии! У меня для вас новости, от которых хочется немедленно достать с антресолей дедовскую удочку (хотя нет, удочку оставьте, закон суров, но это закон!) и радостно воскликнуть: «Лед тронулся, господа присяжные заседатели!»
Ихтиологическое чудо, или Парк Азовского периода
Случилось то, во что скептики верили не больше, чем в прогноз погоды на месяц вперед. Ученые, эти скромные рыцари пробирок и сетей, совершили настоящий подвиг. В Азовском море, которое многие злые языки успели окрестить «лужей для бычков», снова появились они — осетры. И ладно бы это были какие-то скромные рыбешки, стесняющиеся своего происхождения. Нет! Речь идет о настоящих подводных гигантах, монстрах (в хорошем, гастрономическом смысле этого слова), размером с первоклассника-переростка!
Представьте себе торпеду в бронированной чешуе длиной более 105 сантиметров. Представили? А теперь добавьте к этому вес от 15 до 25 килограммов. Это же не рыба, это целый чемодан деликатесов, который сам плавает! (Авторская ремарка: встретив такого красавца в воде, не знаешь, то ли радоваться, то ли вежливо уступить ему дорогу).
Операция «Детский сад» для рыбы мечты
Как же удалось добиться такого феноменального результата, спросите вы? Ведь мы знаем: ломать — не строить, а съесть — не вырастить. Оказывается, секрет успеха кроется в терпении, достойном буддийских монахов, и масштабной программе по выпуску молоди. Это вам не просто ведро мальков в речку выплеснуть под аплодисменты чиновников.
Только вдумайтесь в эту цифру: в прошлом году в акваторию выпустили рекордные 6,8 миллиона маленьких осетрят. Шесть. И восемь. Миллиона! Это население небольшого европейского государства, только с плавниками и отличным аппетитом.
Конечно, не обошлось и без «кнута». Усиление контроля над незаконным выловом сыграло свою роль. Браконьерам, привыкшим черпать народное достояние без меры, пришлось поумерить аппетиты и, возможно, переквалифицироваться в управдомы. Как говаривал незабвенный Глеб Жеглов: «Вор должен сидеть в тюрьме!» А осетр — в море. И точка.
Первый в мире случай, или Знай наших!
Но самое вкусное (во всех смыслах) в этой истории даже не размер рыб, а перспективы. Специалисты Азово-Черноморского филиала ВНИРО, люди серьезные и словами не разбрасывающиеся, заявили: восстановление популяции создает базу для экономического подъема всей рыбной отрасли Приазовья. Они уже готовят научное обоснование для возобновления промышленного лова.
Вы понимаете, что это значит? Это может стать первым в мире случаем, когда практически исчезнувшая дикая популяция осетровых вернулась в статус промысловой. Не в аквариуме, не на ферме, где рыбу кормят по расписанию, как космонавтов, а в дикой природе! Это, друзья мои, прецедент планетарного масштаба. Мы буквально утерли нос самой эволюции, которая, казалось бы, уже поставила крест на азовском осетре.
Философия бутерброда и вера в лучшее
Конечно, до того момента, когда черная икра станет доступнее кабачковой, еще нужно подождать. Москва не сразу строилась, и осетр не сразу рос. Но сам факт того, что природа, при небольшой помощи человека, способна на такое возрождение, внушает невероятный оптимизм. Это как встреча со старым другом, которого вы уже похоронили, а он вдруг заявляется к вам румяный, здоровый и с подарками.
Природа удивительно великодушна. Мы веками испытывали её терпение, брали, не отдавая, и считали себя царями горы. А она, словно мудрая мать, вздохнула, пожурила нас, неразумных детей, и дала второй шанс. Шанс исправить ошибки, шанс увидеть, как серебристые спины «царь-рыбы» снова рассекают волны Азова. И наша задача теперь — не упустить этот шанс, не променять его на сиюминутную выгоду, а сберечь и приумножить. Ведь, как выяснилось, чудеса возможны, если приложить к ним не только руку, но и сердце, и голову.