Знаете ли вы, что чувствует человек, когда столбик термометра опускается до отметки, при которой углекислый газ готов выпасть в осадок? Добро пожаловать на станцию «Восток» — место, где слово «прохладно» приобретает зловещий, но величественный оттенок. Именно сюда, в самое сердце шестого континента, добрался последний в этом сезоне санно-гусеничный поход. Звучит как название стимпанк-романа, но на деле — это героическая реальность наших полярников.
Последний вагон уходящего лета
Представьте себе караван, но не верблюдов, ползущих по барханам, а могучих тягачей, утюжащих ледяной панцирь Антарктиды. Этот «железный поток» доставил на станцию жизненно важный груз: топливо, продовольствие и всё то, без чего автономное существование в ледяной пустыне превратилось бы в короткий и грустный анекдот. Новая смена полярников 71-й РАЭ (Российской антарктической экспедиции) теперь упакована по высшему разряду и готова к зимовке.
Как говорил барон Мюнхгаузен: «Безвыходных положений не бывает». Особенно если у тебя есть запас дизеля и банка сгущенки.
Вахта сдана — вахта принята!
Пока новички обживают пространство, предыдущая смена — героическая 70-я РАЭ — пакует чемоданы. Их миссия выполнена. Как сухо, но гордо сообщают в ААНИИ: «Программа по обеспечению работы станции и план сезонных работ выполнены». Переводя с бюрократического на человеческий: ребята выжили, ничего не сломали (или починили то, что сломали) и сохранили науку в вечной мерзлоте.
Теперь им предстоит путь домой, который по длительности может соперничать с кругосветным путешествием Федора Конюхова. Сначала полторы недели тряски на гусеницах до станции «Прогресс», затем пересадка на научно-экспедиционное судно «Академик Федоров», круиз до Кейптауна и финишная прямая до Петербурга. Итого — два месяца дороги. За это время можно успеть переосмыслить жизнь, выучить иностранный язык или просто выспаться за весь полярный день.
Курорт строгого режима
Кстати, зимовать нынче стало куда приятнее. На «Востоке» теперь функционирует новый зимовочный комплекс. Это уже не те спартанские условия, где иней на усах был частью интерьера. Современный модуль — это почти космический корабль, только припаркованный в сугробе. Комфорт, тепло и… свежие арбузы! Да-да, наши умельцы умудряются выращивать там томаты, перцы и бахчевые, доказывая, что русский человек способен разбить огород даже в преисподней, если она замерзнет.
Как писал классик: «Привычка свыше нам дана: замена счастию она». Но в данном случае привычка к труду в экстремальных условиях вызывает искреннее восхищение.
Мы смотрим на этих людей с теплом (которого им так не хватает) и легкой завистью к их мужеству. Антарктида — это проверка на прочность, где лишнее отсекается, как лед ледорубом, и остается только настоящее: дружба, профессионализм и вера в то, что весна обязательно наступит, даже если ждать её придется в минус восемьдесят.
