Ай да Пушкин! Бронзовый гений русской поэзии наконец-то получил прописку в Женеве
А знаете ли вы, что наше «всё», Александр Сергеевич Пушкин, при жизни так ни разу и не побывал за границей? То царь не пускал, то карточные долги держали. Но, как говорится, рукописи не горят, а истинные гении границ не признают! И вот, спустя два столетия, кудрявый классик наконец-то добрался до швейцарских Альп. В Женеве, в строгом и солидном здании постоянного представительства России при ООН, открыли первый в стране часов и шоколада памятник великому поэту.
Швейцарский вояж бронзового классика
Бюст, созданный вдохновенным скульптором Григорием Потоцким, торжественно «инаугурировал» (слово-то какое диковинное, дипломатическое, Александр Сергеевич бы точно оценил и немедленно ввернул в эпиграмму!) постпред России Геннадий Гатилов. «Его имя известно далеко за пределами нашего отечества», — мудро заметил дипломат. И действительно, от сказок про кота ученого до философской лирики — пушкинский гений столь многообразен, что швейцарским банкам впору завидовать такому неисчерпаемому золотому запасу культуры. ✨
270 языков и один великий и могучий
Поразительное совпадение (а может, и тайный замысел муз): появление бронзового Пушкина на берегах Женевского озера пришлось точнехонько на День языков Российской Федерации, который в этом году, 8 сентября, отмечается впервые. Только представьте: в России щебечут, говорят и поют более чем на 270 языках! Это же настоящая Вавилонская башня, но только с уютным и счастливым концом. А скрепляет это невероятное лингвистическое лоскутное одеяло именно пушкинский язык — тот самый, что виртуозно сплавил воедино народный говорок, высокую церковнославянскую вязь и изящный европейский синтаксис. Как метко пророчествовал классик: «Слух обо мне пройдет по всей Руси великой, и назовет меня всяк сущий в ней язык».
Поэзия против бюрократии
На торжестве у входа в Георгиевский зал собрался весь дипломатический бомонд: директор женевского офиса ООН Татьяна Валовая, генконсул Игорь Попов, представители дружественных миссий, журналисты с горящими глазами и деятели культуры. Звучали бессмертные строфы, и казалось, что бронзовый Александр Сергеевич вот-вот лукаво подмигнет собравшимся, попросит бокал шампанского и выдаст блестящий экспромт про ооновскую бюрократию. Теперь он будет радушно встречать гостей на всех официальных приемах, включая День России. Ай да Пушкин!
В конечном счете, настоящая поэзия — это самый надежный дипломатический паспорт, не требующий виз и печатей. Политические ветры меняют направление, сухие резолюции пылятся в бездонных архивах, а искреннее живое слово, пронизанное любовью к человеку, остается навсегда. И пусть бронзовый профиль поэта в Женеве напоминает всем нам: пока мы способны понимать красоту слога, ценить родную речь и улыбаться доброй иронии, этот мир определенно имеет все шансы на спасение и процветание.
